Библиотек. Информация. Философия. Литература. История.

А Б В Г Д Е
Ж З И К Л М
Н О П Р С Т
У Ф Х Ц Ч Ш
Щ Э Ю Я    

Содержание

  •  Аверинцев_С_С
  •  Аврех_А_Я
  •  Андреев_Л_Н
  •  Антонов_В_Ф
  •  Арин_О
  •  Бальмонт_К_Д
  •  Белоцерковский_В_В
  •  Блок_А_А
  •  Боханов_А_Н
  •  Бухарин_Н_И
  •  Валентинов_Н_В
  •  Васильев_Южин_М_И
  •  Виноградов_В_П
  •  Витте_С_Ю
  •  Воронцов_Н_Н
  •  Герцен_А_И
  •  Гиляровский_В_А
  •  Гобозов_И_А
  •  Гобозов_Ф_И
  •  Грязнов_Б_С
  •  Деев-Хомяковский_Г_Д
  •  Дмитриева_О
  •  Достоевский_Ф_М
  •  Дудин_М_А
  •  Ефимов_Б_Е
  •  Завалько_Г_А
  •  Заулошнов_А_Н
  •  Зив_В_С
  •  Какурин_Н_Е
  •  Карсавин_Л_П
  •  Коржавин_Н
  •  Коржихина_Т_П
  •  Кошелев_М_И
  •  Коэн_С
  •  Кулик_Б
  •  Кухтевич_И_В
  •  Левитин_К
  •  Лемешев_Ф_А
  •  Ленин_В_И
  •  Литвин-Седой_З_Я
  •  Лифшиц_М_А
  •  Львов_Д_С
  •  Любищев_А_А
  •  Маевский_И_В
  •  Максимов_В_Е
  •  Маркс_К
  •  Мельников_Р_М
  •  Муравьев_Ю_А
  •  Мэтьюз_М
  •  Неменов_М_И
  •  Озеров_И_Х
  •  Поляков_Ю_М
  •  Пребиш_Р
  •  Раковский_Х_Г
  •  Раскольников_Ф_Ф
  •  Рютин_М_Н
  •  Савинков_Б_В
  •  Сарнов_Б_М
  •  Семанов_С_Н
  •  Семенов_Ю_И
  •  Сенин_А_С
  •  Сказкин_С_Д
  •  Смирнов_И
  •  Смирнов_И_В
  •  Старцев_В_И
  •  Урысон_М_И
  •  Федотов_Г_П
  •  Чаликова_В
  •  Чехов_А_П
  •  Шванебах_П_Х
  •  Шульгин_В_В
  •  Энгельс_Ф
  •  Яковлев_А_Г
  •  Яхот_И
  •  
    текущий раздел  ::  Каталог /  А /  Озеров_И_Х /  Как расходуются в России народные деньги? Критика русского расходного бюджета и Государственный контроль. Отрывки из книги. / 
    Каталог
                                                                    
                                                                    
          И.Х. ОЗЕРОВ
          Проф. Московского университета
          Как расходуются в России народные деньги?
          Критика русского расходного бюджета и государственный контроль.
          (по неизданным документам)
          Второе издание
          Москва, 1907
        
         ОЗЕРОВ Иван Христофорович (1869-1942) -  русский ученый-экономист, государственный и общественный деятель, педагог, публицист. Профессор Московского и Петербургского университетов. Член Государственного совета.  
         Справка Истмат. РУ.
    _____________________________________________________________________

    ОГЛАВЛЕНИЕ

    I. ГОСУДАРСТВЕННЫЙ БАНК
    Внеуставные ссуды
    Репорт
    Запасный разменный фонд
    Контроль за государственным банком

    II. ПОСТРОЙКИ
    Гинекологический институт в Петербурге
    Гагры
    Персидские похождения
    Постройка Восточно-Китайской железной дороги
    Передача Уссурийской дороги
    Железнодорожное хозяйство
    Заказы для железных дорог
    Заказ минных катеров

    III. НЕМЕСТНЫЕ БЮДЖЕТЫ
    Капиталы общественного призрения
    Бессарабские имения
    Экономические капиталы войск
    Реакция в бюджете

    IV. КАК ВЕДЕТСЯ НАШЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ХОЗЯЙСТВО
    Горные заводы
    Нефтяные дела
    Выкуп посессионных земель на Урале
    Винная монополия
    Дворянские пансионы-приюты
    Речные и оросительные работы
    Заводы Ланге и С.

    V. ПОДРЯДЫ И ПОСТАВКИ И Т.П.

    VI. ПЕРЕСМОТР НАШЕГО РАСХОДНОГО БЮДЖЕТА И ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОНТРОЛЬ

    VII. В АТМОСФЕРЕ ИГРЫ

    VIII. ПОСТАНОВКА НАШЕГО ГОСУДАРСТВЕННОГО КОНТРОЛЯ
    Бессилие государственного контроля
    Как пересматривают наш бюджет
    Проект реформы государственного контроля
    К финансовому положению России

    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    ПРИЛОЖЕНИЕ от Истмат. РУ: ПЕРСОНАЛИИ
    ____________________________________________________________
        
         ПРЕДИСЛОВИЕ
        
    Государственные средства нередко расходовались у нас по существу неправильно, не в интересах народного хозяйства, как целого, так как расходы производительного характера занимали в нашем бюджете совершенно ничтожное место.

         Но и там, где цель была разумна, средства расходовались зачастую нехозяйственно и в гораздо большем размере, чем это может быть оправдано: вот зло, от которого страдало наше государственное хозяйство, и это оказывало развращающее действие на все сферы: нехозяйственность расходования государственных сумм сделалось общим правилом, и тратить средства государственные в интересах не целого, а поддаваясь разным влияниям обратилось у нас в привычку; и можно опасаться, сто эти привычки к бесконтрольному хозяйствованию переживут у нас старый режим и перейдут в новый.

         Может случиться, что и новые люди также склонны будут недостаточно бережно относиться к народным деньгам, вот почему постановка контроля при новых условиях – дело чрезвычайной важности…

         <…> Надо так поставить дело, чтобы народные деньги расходовались в строгом согласии с волей народа, а государственный контроль поставить в такое положение, чтобы из него мог сделаться верный слуга своего народа и опытный советчик его, эксперт в трудных финансовых вопросах. Для этого нужно прежде всего посмотреть, как дело стояло раньше, почему контроль не достигал своей цели и что вело к развращению нашей администрации… Только вскрыв эту болезнь, мы поймем, чего мы должны остерегаться при переустройстве нашей жизни.

         Многие факты нашей государственной жизни вливали яд в народный организм: я имею в виду чрезвычайную доступность государственного сундука для белых рук, легкость получения всевозможных снисхождений, субсидий и т.д…

         У нас все операции государственного хозяйства обходятся слишком дорого.., и эта дороговизна коренится в упомянутой атмосфере, в полном бессилии прежнего контроля.

         Итак, контроль должен быть реформирован. Но как его поставить? В чем язвы нашего   бюджета? Вот к этим-то вопросам автор и стремится подойти…

         Автор, благодаря любезности государственного контролера П.Х. Шванебаха, получил доступ к центральному архиву государственного контроля в Петербурге и Москве.

         <…>

         Летом 1906 года автор обратился к государственному контролеру П.Х. Шванебаху с письмом, прося, не найдет ли государственный контролер возможность допустить его к архиву и делам государственного контроля, чтобы ознакомиться как с постановкой у нас государственного контроля, так и с результатами его деятельности, предупреждая, что результаты работы будут опубликованы…

         От П.Х. Шванебаха автор получил весьма любезное письмо, где П.Х. писал, что «с полной готовностью и величайшим удовольствием в его (автора) распоряжение будут предоставлены им все материалы для изучения вопроса о постановке контрольного дела.»

         Автор не может не приветствовать этого нового течения в наших высших сферах – открывать архивы для научных работ…

         Автор не мог задаваться целью переработки всего материала, он выбрал только типичное…

         Как должен быть поставлен контроль при новом режиме, вопрос слишком сложный, особенно в деталях, и автор пока в этом вопросе ограничивает свою роль критикой нашего контроля, т.е. постановкой диагноза…    

         Автор
         Москва,
         11 марта 1907 г.

          I. ГОСУДАРСТВЕННЫЙ БАНК

         = Внеуставные ссуды =

         Наш государственный банк находится далеко не в нормальном положении; он, как известно, подчинен единоличной власти министра финансов и отклоняется от правильной банковой политики: ему навязываются операции, которые при правильном ходе вещей безусловно нежелательны, и до самого последнего времени государственный банк вынуждался затрачивать иногда крупные средства для поддержания курса государственных бумаг… Но больное место нашего банка – это внеуставные ссуды.

         Таких ссуд на 1 января 1906 года оставалось на 53.016 тыс. и еще числилось на учете долгов, покрытых прибылями, на 10.486 тыс. А сколько ссуд было покрыто прибылями банка за прежние годы и, таким образом, списано! Приведенные цифры даются самим государственным банком, но за прежние годы внеуставные ссуды, по сведениям самого же банка, достигали еще больших размеров, а именно, в 1902 году они составляли 88.4 милл. руб., а ведь эти ссуды все немалые, они достигают иногда 10 миллионов на одно лицо; так в 1902 году за одним торговым домом числилась ссуда в 13.6 милл. рублей…

         <…>

         На 1 января 1905 года государственный банк определял внеуставные ссуды в 63 милл. руб., но, по другим сведениям, эти ссуды гораздо больше… затраты банка на операции внеуставного характера в общей суме далеко превышают 100 милл. руб , и надо сказать, что многие из этих ссуд придется списать. Только с 1899 года по 1905 год пришлось покрыть прибылями банка разного рода внеуставных ссуд на 33 милл. руб., в возмещение этих суд поступило только 3.2 милл. руб., т.е. одна десятая. Следовательно, сомнительные ссуды превышают весь капитал государственного банка.

         Ссуды прежде выдавались нередко без ведома совета государственного банка, а иногда противно его мнению. Так, крупные ссуды были выданы предприятиям Паллизена…: как известно, Паллизен – датский консул. Чистый убыток в конце 1902 года по предприятиям Паллизена достигал четырех милл. руб,. а затем он снова вырос, потому что выданными ссудами общество оплачивало свои неотложные долги…

         Поддерживаются государственным банком некоторые заведомо гнилые предприятия;

         <…>

         Выдачи суд пошатнувшимся предприятиям повели к тому, что государственный банк стал назначать своих представителей в предприятия, которым выданы ссуды, и таким образом оказались представители от банка сидящими в правлениях самых разнообразных промышленных предприятий <…>

         <…> Нередко представителями предприятий со стороны банка являются высшие чины банка. Члены совета последнего, и тогда в банке им приходится рассматривать свои же собственные ходатайства.

         Есть чины государственного банка, которые занимают 2,3,4,5 и даже 7 должностей в разных предприятиях…

         Государственный контроль нередко протестовал против такого неудобного совместительства, но министр финансов говорил, что он не придает особенного значения вопросу о желательности для членов совета, участвующих в управлении частными предприятиями, уклоняться от обсуждения в совете банка дел, касающихся этих предприятий… И будто бы личность члена совета всегда гарантирует его беспристрастность при рассмотрении дел… Между тем вот картинка, как ее описывает член совета государственного банка со стороны государственного контроля в своем заключении по поводу отчета государственного банка за 1903 год: «Один из двух представителей банка, состоящий председателем в двух Паллизеновских фабриках, заявил в совете, что 12-13 января 1903 г. Сгорела неожиданно ижорская фабрика Паллизена. Это было, действительно, неожиданно для совета банка, так как ранее, когда обсуждался вопрос о кредите, присутствовавший в заседании представитель банка даже не заявил о том, что ижорская фабрика, на которую испрашивают кредит, три месяца тому назад уже уничтожена пожаром» … Спрашивается, для чего же тогда существуют представители от государственного банка в субсидируемых предприятиях, если они умалчивают о таких важных событиях, как то, что фабрика, на которую они испрашивают кредит, давно сгорела? Разве только для того, чтобы получать крупное добавочное содержание?...

         <…>

         Донесение представителя от государственного контроля в совете государственного банка – это вопль по поводу бесконтрольного хозяйничанья средствами государственного банка.

         <…>

         Выдано множество ссуд недостаточно обеспеченных, по которым ожидаются большие убытки; ссуды выдавались в значительной степени по желанию министра финансов…

         Государственный банк увяз в гнилых предприятиях, насажал туда своих представителей, а так как дела предприятий плохи, то представителям приходится замалчивать их.

         С легкой руки испрашивались многомиллионные ссуды …  для предприятий, безнадежность которых заведомо известна, и в то же время не хватало десятков рублей, чтобы дать несчастную ссуду какому-нибудь мелкому кустарю, бьющемуся как рыба об лед.

         У нас государственный банк чуть ли не превратился в игорный дом, где все желающие могут попробовать свое счастье, просить,- авось счастье повезет, и получишь ссуду, т.-е. выиграешь. И было из-за чего играть: выигрыши достигали десятков миллионов рублей! Но это тяжелое наследие, эта игра дорого обошлась русскому народному хозяйству.

         <…>

         = Контроль за государственным банком =

         Долго шла борьба между Министерством Финансов и государственным контролем о том, на основании чего последний должен давать свои заключения по поводу отчета государственного банка.

         С.Ю. Витте упорно воевал против домогательств государственного контроля получить доступ к документам государственного банка, указывая, что … сам государственный контролер может обратиться непосредственно к министру финансов, но вскрывать личные счета невозможно…

         Но на это государственный контролер справедливо указывал на отсутствие у нас инстанции, которая бы удостоверяла, что отчет банка составлен правильно и согласно с бухгалтерскими книгами и его счетами.

         Государственный контроль считал безусловно невозможным составлять свое заключение по данным,  какие ныне издаются в отчетах банка.

         Только правилами 30 мая 1905 г. полномочия государственного контроля по проверке банкового счета несколько расширились, но недостаточно.

         <…> государственный контроль поверяет в настоящее время отчет только по книгам, личные же счета для него закрыты.

         <…>

         И в настоящее время не дается сведений даже контролю, по какому курсу сберегательные кассы покупают и продают процентные бумаги…

         Права государственного контроля безусловно должны быть расширены относительно государственного банка. Только это может внушить должное доверие к последнему…

         Нужно внести больше гласности в операции государственного банка. У нас почему-то объяснительные записки совета государственного банка к отчету последнего считаются секретными и в публику не поступают. Надо покончить с этой тьмой. Господство тьмы прошло…
          
         II. ПОСТРОЙКИ

         = Гинекологический институт в Петербурге =

         Как у нас зря расходовались деньги, примером могут служить устройство курорта Гагры, постройка гинекологического института в Петербурге и т.п.

         По Высочайшему повелению 8 сент. 1899 г. было отпущено 2.5 млн. руб. на постройку гинекологического института в Петербурге; но постройка велась так роскошно и так нерасчетливо, что израсходовано было 3.400.000 рублей. На каждую кровать израсходовано было 17.000 руб., а стоимость кровати даже образцовых учреждений этого рода не более 3.000 руб., кроме, впрочем, "Hotel de Dieu" в Париже. Столы, например, приобретались по 82 руб. за штуку, стулья с плетением 1.000 штук по 20 руб. за штуку, а обычная цена им от 2 до 12 рублей. Табуретки для прислуги – по 7 руб.

         Строительство находилось в руках ведомства учреждений Императрицы Марии, и на представление государственного контроля о чрезмерной дороговизне Протасов-Бахметев (29 октября 1901 г. № 21.591) отвечал: "Оборудование строящихся зданий на более скромных началах недопустимо по отношению к Императорскому клиническому повивальному институту, как учреждению, призванному по воле Его Императорского Величества стать образцом не только в России, но и за границей. Оно должно совместить в себе последнее слово науки и техники", и далее"... Институт удостоился при самом возникновении своем особого Монаршего внимания, причем планы и задачи его, равно и способы его сооружения были предуказаны Его Императорским Величеством"

         Распорядители кредитами зачастую у нас прикрываются именем Монарха, прячутся за государя … В этом-то и было больное место нашего старого режима.

         Государственный контроль нередко протестовал против перерасходов...

         Государственный контроль высказывал пожелание о подчинении его надзору всех построек ведомства Императрицы Марии, производимых на средства казны, но все это оставалось гласом вопиющего.

         В довершение было задумано приобрести орган для института. Государственный контроль высказывал сомнение в необходимости такого расхода, тем более, что последний исчислялся в 23.000 руб., а орган петербургской консерватории обошелся в 15.000 руб.

         Государственный контроль писал, что ему неизвестны ни в России, ни за границей гинекологические институты, в которых имелись бы дорогостоящие органы со специальной целью лечения их игрой больных рожениц.

         Особая комиссия разбирала вопрос о степени необходимости приобретения органа для гинекологического института; комиссия признала, что "хотя до настоящего времени обстоятельных опытов о влиянии звуков на больных и не производилось, но это не дает еще повода предполагать полной безрезультатности и бесцельности установления игры на органе..." (20 сентября 1905 г., № 20.892)

         Следовательно, польза музыки и не доказана, но и вреда быть не может и орган был приобретен. Он обошелся в 17.200 руб. Нанят был особый органист за 1.200 руб. в год.

         Содержание института обходится слишком дорого - около 200.000 руб. Смета администрацией института составляется сильно преувеличенной, и государственному контролю  приходится воевать: так, сода показывается в 4 руб., тогда как она стоит 80 коп., мыло - 6 руб., а оно стоит 3 руб. 70 коп., и, например, смета по мытью белья, составленная институтом в 4.320 руб., государственным контролем сокращена до 1432 руб.      

         Первоначально предполагалось продать старое здание повивального института за 252.000 руб. и употребить эти деньги на постройку нового института, но ведомство Императрицы Марии, когда постройка нового здания была окончена, просило, что "эти старые здания, как приобретенные на личные средства незабвенной основательницы института Марии Федоровны, ввиду исторического их значения, не могут подлежать продаже..." Так и было сделано.

         И здесь был сделан крупный перерасход: казна была вовлечена в постройку, которая оказалась потом на 50% дороже;... и приходилось кредиты расширять и расширять.

         А приобретение органа – прямо превосходно!

         <…>

         Так мы жили на показ, позволяя себе излишнюю роскошь, а деревня нищала, голодала, мы отпускали гроши на народное образование…

         = Гагры =

         В 1901 г. 20 июля по Высочайшему повелению было отпущено 100 тысяч для превращения казенной Гагринской дачи в климатическую станцию. Строитель климатической станции выразил желание, чтобы над операциями был учрежден надзор со стороны государственного контроля и 28 сентября того же года просил откомандировать в «его распоряжение» в качестве контролера г. А.

         Уже такое положение откомандирования в распоряжение распорядителя кредитов контролера ставило в странное положение последнего <…>

         <…>

         Как же строились Гагры? Расходы зачастую носили непроизводительный характер, начатые работы прекращались, производились переделки, материалы заготовлялись в излишестве, почти все выдачи производились без предварительного контроля  <…> Роль представителя контроля нередко совсем парализовалась отсутствием инструкций, которыми определялись бы пределы власти дирекции станции и комиссии, заведующей постройками, а также отсутствием выработанных предварительно планов в устройстве станции, проектов и смет по отдельным сооружениям, их постройке и оборудовании и т.д.

         Контроль просит о всех вновь прибывающих грузах для постройки станции сообщать ему, чтобы он мог поверять фактически поступающие предметы совместно с заведующим работами, но за немногими исключениями  контроль таких уведомлений не получал и нередко узнавал о вновь поступающих материалах лишь по их израсходовании…

         Архитекторы иногда бракуют сами материал, но управление платит за этот материал, так было с лесом, кирпичом…

         <…>

         Материалы и товары для местной лавки, принадлежащей станции, приобретались без предварительного ознакомления с ценами различных фирм, во многих случаях из вторых рук…, а то просто по словесным заказам; заготовки делались несвоевременно, и на всем казна терпела большие убытки. Иногда поставщики прежде ставили предметы, а потом назначали цену…

         <…>

         Заказы иногда делались не управлением, а заведующими отдельными частями, - одним словом, все шло из рук вон плохо, надзор был очень плох. Некоторые архитекторы подписывали чистые бланки с требованием на строительный материал и передавали их десятникам, а те могли брать все, что угодно…

         Кто-то отправил водопроводные принадлежности, принадлежащие станции, в Новороссийск на предъявителя, очевидно, с целью похищения, станция хватилась их лишь тогда, когда появилась публикация о продаже этого груза с аукциона…

         Из мелких водопроводных принадлежностей, кранов, винтов и т.д. осталось неиспользованных на сумму 47 тысяч руб.

         Производители работ, не имея представления о том, какие водопроводные принадлежности и в каком количестве понадобятся в действительности, выписывали их прямо по каталогу всех указанных в нем размеров…

         Мебели остается неиспользованной на 21  тысячу; куплена машина для прачечной в 10.490 руб., но так ее и не собрали, так она и лежит…

         По личному заказу строителя был приобретен подъемный кран в 2 тысячи руб., не считая фрахта от Одессы. Но он так и лежит без употребления: оказался неудобным для больших тяжестей. Опыт нагрузки показал, что ручная нагрузка обходится дешевле на 50%. Масса осталась неиспользованных взрывчатых веществ, дренажных труб на 6.330 руб…

         Из Парижа выписали партию напильников и инструментальной стали – на 2.640 р. – просто заказал начальник станции без обсуждения с заведующим технической частью, и это лежит без употребления, за ненадобностью.

         Выписали машину для мытья посуды за 700 руб…- тоже стоит без употребления, так как для пользования ею нужна эл. энергия, и мытье при помощи машины обходится дороже, чем ручной способ и т.д. и т.д. Некоторые заказанные станцией предметы пытались было не принимать, но поставщики прислали их обратно, и приходилось платить еще за вторичный фрахт.

         <…>

         При осмотре работ оказалось, что почти все здания нерационально построены, водопровод был проведен из источника, а источник … высох…

         Вырыты были пруды за 8 тысяч руб.; они покрылись плесенью, и врач говорит, что для гигиенических целей их надо засыпать.

         <…>

         Все велось на широкую ногу. Для пекарни выписывают пекаря из Вены.

         Из Гамбурга было приглашено особое лицо заведывать охотой с жалованьем 125 руб. в месяц. Были приобретены собаки,  создан целый штат охотников… и за 10 месяцев был только 1 случай охоты, а содержание обошлось в   4  тысячи руб. Кажется, теперь заведующий охотой уволен, а штат распущен.

         Но зато библиотека обставлена очень бедно…  

         <…>

         Тратятся деньги на содержание корреспондентов; напр., на содержание корреспондента-француза израсходовано в 1903 г. 3.283 р.

         <…>

         Казна до сих пор отпустила на устройство Гагр 3.157 тыс. и для приведения их в порядок потребуется еще миллиона 2. Кроме того, надо покрывать дефицит по эксплуатации, а на 1906 год доходы по смете исчислялись в 59 тыс.,  а расходы – в 213 тыс. руб.

         По мере продолжения постройки станции расходы росли и росли, отпущенных средств не хватало, но постройка не останавливалась, а продолжалась, а затем возбуждалось ходатайство об ассигновании новых средств на уплату израсходованных сумм и на продолжение постройки, - одним словом, казна завяла и здесь. Раз уже были ухлопаны миллионы, нельзя было бросить дело и приходилось ассигновать все новые и новые средства…

         Строились так широко потому, что думали – из-за границы будут приезжать и хотели создать образцовый курорт.

         Для обеспечения станции средствами было решено распродать тысячу десятин по цене от 3 руб. до 20 руб. за сажень, но продано было всего только 12 десятин…

         <…>

         По поводу Гагр 7 декабря 1904 года под председательством графа Сольского состоялось особое совещание при участии Принца Ольденбургского, министра земледелия, министра путей сообщения Витте, и еще нескольких лиц. Совещание не могло не отдать справедливости широте задуманного плана и положенной энергии и, отпустив новые средства, высказалось, что это крайний предел пожертвований со стороны государственного казначейства на содержание этого курорта…

         Также решено было принять содержание Гагринской станции, в той ее части, которая не могла быть покрыта специальными средствами, на средства государственного казначейства, и на 1906 год было отпущено на содержание станции 167.751 руб.

         Таким образом и эта затея создать курорт на удивление всему миру кончилось громадными пожертвованиями со стороны государственного казначейства: 3 с лишком миллиона на постройку курорта … а в настоящее время, так как курорт на свои средства не может  содержаться, государственному казначейству придется ежегодно раскошеливаться и покрывать дефицит по этой затее.

         За последнее время постройки с крупными перерасходами сделались у нас довольно обычными явлениями. <…> Если бы у нас  было царство правового порядка и за незаконные перерасходы привлекали к судебной ответственности, то это скоро отбило бы охоту к производству перерасходов, но полная безнаказанность , установившаяся за последнее время в этом отношении, создала специфическую атмосферу, чрезвычайно располагающую к таким приемам постройки … строя  с перерасходами, постепенно, понемногу, казну втягивают в очень крупные расходы, о которых она первоначально и не помышляла.

         Одним словом, в России можно было начать постройку на несколько тысяч и довести стоимость ее до нескольких милл. руб., и все это совершено безнаказанно…

         Это – типично для наших порядков.

         = Заказ минных катеров =

         19 августа 1904 г. контр-адмирал Р-ов заключил договор с представителем одного завода в Соединенных Штатах г. Н-ном на 10 минных катеров за 640 тыс. долларов.

         Миноноски снабжены были газолиновыми двигателями, но вопрос о пригодности этих двигателей не подвергался обсуждению в техническом комитете.

         Заказ был сделан путем телеграфных сношений с военно-морским агентством в Соединенных Штатах, и 3/4 суммы, следуемой за заказ , было уплачено, когда миноноски еще строились.

         Миноноски обошлись вдвое дороже, чем они действительно стоят, притом выполнены были с большим опозданием: они должны были быть готовы еще 10 декабря 1904 года, а прибыли в Севастополь 21 февраля 1905 года. " Но с уплатой за эти миноноски вдвое больше, чем они стоят, - читаем мы в одном официальном документе, - еще можно  было бы примириться, если бы морское ведомство могло использовать их в апреле 1905 года во Владивостоке и если бы они действительно удовлетворяли требованиям контракта, а в действительности ничего подобного нет".

         В Севастополе, по испытании миноносок, они были признаны негодными.

         Чухнин, главный командир черноморского флота, отправил в Петербург, куда были перевезены катера для нового испытания, капитана Б-на 2-го, но этот последний был устранен в Петербурге от присутствия на испытании, миноноски были  признаны годными. Морское Министерство разрешило, в отступление приемных правил, произвести испытания только одного катера, причем по выбору самого Н-на. Испытания остальных катеров не производились.

         Чухнин в рапорте морскому министру  19 ноября 1905 года писал: "Я думал, что оба флота служат одному государству, и понятно, что петербургская комиссия должна была принять во внимание то, что сделано было в Севастополе… между тем по докладу Б-на 2-го вышло так, что главный штаб принимает все меры, чтобы не было гласности…"

         <...>

         Морское Министерство такую свою нехозяйственность объяснило тем, что оно де хотело дать заказ американскому заводу, чтобы занять завод и не дать возможность делать заказы японцам…

         III. НЕМЕСТНЫЕ БЮДЖЕТЫ

         = Реакция в бюджете =

         Основное правило бюджета - это его единство, т.е. чтобы все средства заносились в государственную роспись, а затем уже распределялись по назначению.

         Кроме того, бюджет должен быть гласным; на первых порах, после реформы В. А. Татаринова у нас к этому и стремились, но за последние 25 лет мы вступили в период реакции, и многое из того хорошего, что нам было дано, у нас было отнято обратно, и мы пошли назад: стоит припомнить наше земское хозяйство, городское самоуправление, народное образование, университетский вопрос, создание института земских начальников и т.д.

         Та же самая волна реакции не прошла бесследно и для нашего бюджета: она захватила и его и также стала реставрировать в нем некоторые черты, весьма нежелательные,  отдаленного прошлого. Так, единство бюджета стало нарушаться... отдельные ведомства стали обрастать у нас, если можно так выразиться, своими особыми, "негласными" бюджетами, что давало им возможность расходовать народные средства почти вне всякого контроля, а вместе с этим стала исчезать и гласность относительно этих бюджетов.

         Расходование крупных сумм под тем или иным предлогом стало изыматься из ведения государственного контроля...

         Постройка Восточно-Китайской железной дороги, поглотившая почти 400 миллионов рублей, также была изъята из ведения государственного контроля под тем наивным предлогом, что это - частное общество...

         <…> Мало того, за последнее время делались попытки увязить контроль в распорядительных действиях отдельных распорядителей кредитов..., а бывший министр финансов С.Ю. Витте даже хотел упразднить основной принцип самой идеи контроля - независимость его от распорядителей кредитов  и неподчиненность его этим последним, а именно, пробный шар в этом отношении ... г. Витте пустил в своем проекте по организации контроля на Восточно-Китайской железной дороге, где заведующий контролем должен был назначаться, по его мнению, из членов правления самой дороги, назначаться министерством финансов...

         Правда, государственный контролер дал здесь отпор; такая попытка была настолько нелепа, что и в нашей атмосфере государственный контролер нашел в себе мужество, чтобы отпарировать подобное покушение, но можно думать, что если бы вовремя не дан был достаточно сильный отпор, то эта идея, вероятно, пустила бы корни в нашем государственном хозяйстве: почва для этого была великолепно подготовлена…

        
         IV. КАК ВЕДЕТСЯ НАШЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ХОЗЯЙСТВО

        
         V. ПОДРЯДЫ, ПОСТАВКИ И Т.П.

         ...Некоторые распорядители кредитов лицемерно показывают экономию на дровах. И на самом деле они сэкономили на дровах, но как? Сломали хорошие еще сараи и вместо них строят новые, а материалы от старых сараев употребили на дрова.

         Нужен песок для дороги, песок лежит рядом, но объявляются торги, и песок поставляется подрядчиками по внушительной цене.

         При заготовках мяса в Кронштадте в 1905 году пудовая жестянка обходилась в 2 руб. 20 коп., а полупудовая - 1 руб. 40 коп., и в эту цену они ставились казне, а за такие-же жестянки фирме Бландовых Морское Министерство уплачивало по 80 коп. за пудовую жестянку. На запрос государственного контроля, как это может быть, отдел заготовления отвечал, что это - совсем другие жестянки...

         <...>

         У нас вообще видно стремление разных ведомств приобретать нужные им продукты через посредников. Так, заведующий коммерческой частью Восточно-Китайской дороги предлагал интендантству консервов на 195 тыс. рублей, но интендантство отказалось, а затем  явился некий В., и через него интендантство приобрело те же консервы за 250 тыс. рублей, чем, конечно, нанесен был ущерб казне в 55 тыс. руб.

         В оправдание интендантство заявило, что В. будто бы отрекомендовался уполномоченным коммерческой части Восточно-Китайской железной дороги, но когда дорога предлагала консервы, интендантство даже не ответило, и странно, что от В. интендантство не потребовало ... удостоверения личности...

         <...>

         Итак, мы видим, что везде царит страшная нехозяйственность, а между тем выдаются крупные наградные, и по некоторым ведомствам они достигают весьма внушительных размеров. Так, по лесному департаменту наградные составляли 37% к получаемому содержанию, по особой канцелярии по кредитной части  - 27%, учреждениям Министерства Финансов – 22,3%, по департаменту таможенных сборов – 28,6%, по государственному контролю – 10%...

         Как несоразмерны иногда наградные, - видно из следующего примера. В экспедиции заготовления бумаг правитель канцелярии получает наградных до до 175% своего годового содержания, товарищ правителя – до 143% и т.д., а награды рабочих не превышают 8-15% содержания…

         <...>

         В 18… г. почетному опекуну действительному статскому советнику Ш-у было предписано содержание, производившееся ему по званию секретаря одной высокой особы из кабинета его величества в размере 4.571 руб. и из придворной конюшенной конторы взамен экипажа 1.143 руб., итого 5.744 руб., обратить к производству  из государственного казначейства до поступления на службу с высшим окладом.

         Государственное казначейство играет здесь странную роль.

         Или в штатах государственного казначейства мы находим иногда такие рубрики: «полковнику Л. на наем прислуги столько-то» или «дочери Авдотье ген.- майора Г. пожизненно 571 руб.» или «… члену Государственного Совета … на воспитание детей до достижения ими совершеннолетия до 2.500 руб.» …

         А как производятся постройки у нас! Обычно строятся раньше всего квартиры для служащих с большой роскошью и пышностью; строители выходят из рамок им отпущенных  кредитов, и оказывается, что самое главное еще не достроено, а кредит уже исчерпан... Строить у нас всегда выгодно для строителей, и если бы сначала на отпущенный кредит строилось именно то, что важнее всего, то по исчерпании  кредита некоторые постройки остались бы, быть может, и невозведенными; вот потому-то обычно и начинают строить с менее важного, т.е. с того, без чего, без чего можно обойтись; а когда потом окажется, что самое-то главное не построено, то волей-неволей казне приходится отпускать новые средства...
      
         На постройку Либавского порта израсходовано было 32 милл. руб. Но при стоянке в порте 2-ой тихоокеанской эскадры выяснилось, что порт не удовлетворяет современным требованиям флота... С одной стороны, в программу вошли здания, без которых порт мог бы обойтись, и в то же время программой не предусмотрены многие сооружения и устройства, существенно необходимые для правильного функционирования   порта...

         <...>

         Но если строились роскошные здания для квартир, то в порту нет самых необходимых мастерских, например, минной мастерской, артиллерийской, и потребуется, вероятно, около 8 миллионов руб. на полное оборудование порта...

         Как производятся работы в портах, интересно рисует дело по В-му порту.
      
         <...> Есть случаи, когда тот или иной служащий берет с подряда работу, но производит эти работы кадровыми матросами.

         Некоторые работы производятся неизвестно для чего: так, по поводу приспособления котлов, снятых с плавучих доков, даже портовая бухгалтерия пришла в смущение и запросила, для чего производятся эти работы. Ответ был дан: "для надобностей порта".Но ведь это не ответ. Бухгалтерия опять запрашивает, для чего производятся работы. Опять старый ответ: "для надобностей порта".

         Уж если своему ведомству не отвечают, то с государственным контролем не церемонятся...

         Недавно для "Чесмы" и еще двух судов были изготовлены котлы с затратой 2 млн. руб.; между тем два судна за негодностью давно предназначено к расстрелу.  Государственный контроль летом нынешнего 1906 года запрашивал об этом морского министра, что это значит...

         <...>

        
         Русское общество пароходства и торговли в 1858 г. в Севастополе получило место так называемого Лазаревского адмиралтейства. Место было дано во временное пользование, а не в собственность. Позднее, в 1895 году, место это понадобилось для черноморского флота. Составлена была комиссия, так как место было застроено, для оценки этих построек, а местом общество пользовалось безвозмездно.

         Комиссия, под председательством Тыртова, определила стоимость в 1 миллион 222 тысяч руб., но общество ... требовало более 2 миллионов. руб. и сверх того, особого вознаграждения за уступаемое обратно казне место...

         Государственный же контроль определил стоимость построек в 688 тысяч руб.

         Здесь странно: ведь русскому обществу было предоставлено место в бесплатное пользование, а когда потребовалось обратно, то общество стало настаивать на выкупе этого места, т.е на вознаграждении.

         Дело пошло в Комитет Министров, и Комитет Министров в 1897 году ... определил размер вознаграждения общества в 1 миллион 900 тыс. руб., т.е., следовательно, как бы санкционировал надбавку за возврат места, предоставленного самой же казной частному обществу только во временное бесплатное пользование...

         Молва указывает на сильное влияние.

         Итак, здесь казна выкупила свою же собственность!

        
         VII. В АТМОСФЕРЕ ИГРЫ

         <...> Я уже не говорю о нарушении самой элементарной справедливости нашим бюджетом, - нарушении, которое состоит в том, что средства собирались с населения, но они не затрачивались на производительные работы, при посредстве их не поднимались производительные силы населения и т.д.

         <...>

         Старый режим создал много, так сказать, рычагов, нажимая которые, люди, обладающие влиянием и известными средствами, могли обогащаться больше и больше, но, конечно, это нажимание рычагов, с другой стороны, ведет к обнищанию широких слоев населения.

         <...> все это расслояло население на очень богатых и очень бедных.

         Эти формы, конечно, присущи любому капиталистическому государству, но у нас они достигли кульминационного пункта развития просто потому, что широкие массы не пользуются влиянием на государственную волю.

         Но, помимо того, особые формы государственной жизни создавали формы обогащения, менее известные на Западе.

         Влиятельные лица могли вовлекать у нас государственное казначейство в самые разнообразные операции: в невыгодные постройки, в избыточные для казны поставки, потому что на казну можно было тонко воздействовать...

         <…> И государственное казначейство начинает напоминать у нас игорный клуб, куда стекаются авантюристы со всего света, с самыми разнообразными приемами игры, под формой, конечно, разного рода проектов, долженствующих облагодетельствовать Россию, показать ее лицом Европе.

         Играют они и на государственном банке..., играют на постройках..., играют на поставках и подрядах

         Все это создавало особую атмосферу в России, атмосферу азарта, игры и авантюр

         <...>

         Финансовая организация не есть дело только финансовой техники. Нет, это дело глубоко общественное, и организация финансов тесно связана со всем строем общественной и политической жизни страны. Самое распределение налогового бремени находится в тесной зависимости от социального строя...

         Бюджетное право связано с политическими формами; в абсолютной монархии почти нет государственного контроля: контроль здесь - частное дело Монарха.

         Финансы страны могут быть поставлены хорошо только при хорошем народном представительстве, следовательно, при широком избирательном праве, свободе печати, действительном контроле народного представительства, публичности действий финансовой администрации.

         Пересоздать прочную финансовую организацию можно только изменив подпочву, на которой она развивается…

         <…>

         <...> Что же мы видим в настоящее время?

         <...>

         День идет за днем, год за годом, а голодные работают и работают, а другие берут у них то, что они вырабатывают ... дети голодных … не увидят ни неба, ни солнца, будут лишь тащить тяжелые плуги, вперив свои взоры в назначенную им борозду!

         Известная  финансовая организация закрепляет это рабство, дает немногим возможность обогащаться за счет широких масс населения...

         <...>

         VIII. ПОСТАНОВКА НАШЕГО ГОСУДАРСТВЕННОГО КОНТРОЛЯ

         = Проект реформы государственного контроля =

         Громадные средства собирались у нас с населения, но средства эти не воспроизводились в полезной творческой работе, а значительная часть их бросалась в бездну бесцельных расходований.

         Наша финансовая организация была направлена к обогащению крупного капитала: нефтяные земли сдавались большими участками, и съемка их в аренду была доступна только крупному капиталу; поставки на казенных железных дорогах также делались в крупных размерах, и опять мелкий капитал был устранен: этим вскармливалась у нас группа крупных подрядчиков так же, как таможенный тариф создавал крупную промышленность.

         Наш доходный бюджет исчислялся преуменьшенно, отчего в конце года получались обыкновенно избытки, так называемая свободная наличность государственного казначейства, и расходование ее совершалось почти вне контроля Государственного Совета.

         Исполнительная власть стремилась узурпировать у нас законодательные функции…

         Наша финансовая политика углубляла ров между отдельными классами, поощряя обогащение отдельных групп за счет всего населения.

         Крупный капитал оказывал у нас сильное влияние на нашу финансовую политику: в интересах его – и высокий таможенный тариф, и наша вывозная таможенная политика, и сахарная нормировка, и такая организация внутренних акцизов, которая делает невозможным существование у нас мелкой промышленности в некоторых отраслях…

          <...>

         Сборы с крестьян, с выколачиванием недоимок, заставляли выбрасывать на рынок хлеб по низким ценам, и опять обогащались хлебные торговцы за счет народной нужды.  

         <...>

         Промысловое обложение, как известно, у нас более тяжело облагает мелкие предприятия сравнительно с крупными и этим опять поощряет развитие последних в ущерб первым.

         Финансы волости и сельского общества были опять-таки организованы так, что состоятельным группам населения – частным землевладельцам - предоставлялась возможность жить за счет крестьян. Последние платили налоги, первые нет, а между тем пользовались услугами властей, содержимых за счет крестьянской массы.

         <...>

         Одним словом, наша экономическая и финансовая политика углубляла и развивала в более сильных группах способность обогащаться за счет более слабых групп.

         Наш старый режим пытался возможно прочнее застраховать свою устойчивость; он стремился сделать влиятельные группы лояльными себе, и их экономическое положение связать с собою.

         <...> старый режим пытался опереться на земледельческие и промышленные группы, притом за эту лояльность он щедро их вознаграждал.

         По этим соображениям отчасти была создана сложная финансовая и экономическая организация, которая давала возможность закрепостить влиятельные общественные группы и держать их в повиновении, вознаграждая за лояльность и угрожая карой за оппозиционное настроение.

         Правда, это закрепощение сильных влиятельных групп не носило правового характера, а было чисто экономическим.

         Так, были выкуплены железные дороги в казну. <...> Власть приобрела здесь сильное влияние. Если прежде землевладельцы и промышленники  должны были сговариваться с частными железнодорожными компаниями по установлению тарифов, то теперь они … должны были постоянно торчать в министерских приемных … должны были делать себя приятными высшей бюрократии, олицетворяющей в себе старый режим.

         <...> Таким порядком Россия развращалась, везде проникал дух угодничества, и элементы, воспринявшие в себя этот дух, особенно выдвигались, играли крупную роль, их благосостояние росло, и, следовательно, было из-за чего стараться сделаться угодными.
         … железнодорожные тарифы стали играть весьма важную роль в руках правительственной власти: пониженные тарифы давали возможность в больших количествах вывозить многие продукты за границу, а повышение их могло сократить или даже остановить этот вывоз. И, следовательно, судьбы экспортеров очутились опять в руках центральной власти.  

         Целые громадные земледельческие районы очутились в полной власти бюрократии. Введение или, наоборот, отмена дифференциального тарифа могли перекроить экономическую карту России.

         Нефтепромышленники постоянно посылали свои слезницы в Петербург, прося о понижении тарифа по Закавказской железной дороге в целях усиления экспорта, и все эти элементы - сахарные экспортеры, нефтепромышленники, землевладельцы, должны были просить и просить, а к просьбам справедливым, но без угодничества, старый режим был глух.

         Этими же стремлениями приобрести на свою сторону некоторые сильные группы объясняется стремление к другим регулировкам, как –то: сахарной нормировкой, винной монополии и т.д.

         <...>

         И вот старый режим крепкими нитями привязал к себе интересы сахарозаводчиков и этим хотел, чтобы они были лояльными ему…

         … сахарная нормировка создала большие вывозные премии в пользу сахарозаводчиков, этот же вывоз поощрялся и пониженными железнодорожными тарифами в вывозном направлении, и все это делалось за счет русского потребителя, русского обывателя…

         А винная монополия? Она поставила в громадную спиртовую промышленность в полную зависимость от бюрократии, так как спирт в казну … поставляется по разверстке, цена определяется бюрократией…

         Прежде частные питейные заведения представляли из себя род народных клубов, правда, очень дурных, но все-таки в них сидели независимые частные лица, не подчиненные правительству. С введением же казенных винных лавок на их место посадили лиц, зависящих от бюрократической администрации, и, конечно е, такие лица, просто из боязни потерять место, должны держаться в стороне от пробуждающейся политической жизни. Это, если хотите, опять лишало население такого клуба, где можно было сходиться, а с другой стороны, выбивало из колеи обширную группу лиц, независимых по своему положению и влиятельных в местной жизни, может, влиятельных даже в дурном смысле, но, во всяком случае, независимых от бюрократии. И на место их в местную жизнь была выдвинута целая армия мелких правительственных чиновников. Это опять стремление к закрепощению новому, более тонкому…  

         Возьмите наш таможенный тариф: наш прежний режим не создавал благоприятных условий для естественного развития промышленности. Она, правда, развивалась, но крупную роль здесь играли разные искусственные меры, и промышленность при этих условиях в атмосфере прежнего режима обречена была надолго держаться на костылях. Старый режим этим пользовался и создавал для нее искусственную атмосферу в форме высоких таможенных ставок, и опять благосостояние целых отраслей зависело от этих последних.

         Можно было на завтрашний день одним росчерком пера снести целые громадные фабрики, остановить в них паровые машины, потушить котлы, - стоило только понизить таможенный тариф; и что интересно, вместе с этим не принималось никаких мер для того, чтобы промышленность сделать самостоятельной, поставить на собственные ноги: я имею в виду широкое развитие народного образования, развитие техники, поднятие экономического положения трудящихся масс и т.д.

         Может быть, старый режим даже боялся самостоятельного промышленного класса. Но промышленность ему была нужна просто по бюджетным соображениям, так как промышленность все больше и больше питает в настоящее время государственные бюджеты, и здесь он создал промышленность лояльную себе, исключительно зависящую от бюрократической воли.

         При таком порядке вещей, без  просвета в будущем, глаза промышленных сфер должны были обращаться опять к центру, к Петербургу, с мольбой о продлении этого тарифа или о повышении ставок его, если конкуренция обострилась.

         Некоторые представители промышленности прекрасно понимали беспомощность положения последней, плакались и негодовали, но они бессильны были перевернуть режим и должны были присасываться к нему, прилаживаться и опять топтаться в министерских приемных, так как это был единственный способ охранять и развивать свое благосостояние…

         Итак, вследствие этой политики весьма обширные и состоятельные группы должны были жить в вечном страхе за свое будущее, трепеща за следующий день и вымаливая себе милости у всесильной бюрократии.

         __________

         Той же политики держался старый режим и в рабочем вопросе: он пугал промышленные сферы призраком выступающей сплоченной армии русского пролетариата, и подчеркивал свою политику, что он-де охраняет промышленные сферы от нападения с этой стороны.

         <...>

         Этим опять хотели еще больше закрепощать себе промышленные сферы и как бы говорили: «Посмотрите, там мечется чудовище, пробуждающийся пролетариат. Мы, только мы одни, можем справиться с ним, и мы вас охраняем от него».

         И напуганные эти призраком промышленные сферы нередко, при каждой вспышке рабочих, обращались в Петербург с просьбой о принятии мер против этого чудовища. Там на их просьбы снисходили, давали казаков, сажали полицейских по фабрикам, вводили уголовные законы, карающие рабочих, и этим устанавливалась entente cordiale (сердечное согласие – Истмат.РУ) между этими промышленными сферами и высшей бюрократией.

         Также в нашей удушливой атмосфере, при возможности безграничной эксплуатации сельскохозяйственных рабочих, отношения обострялись между землевладельцами и рабочими, и это было на руку старому режиму. Он любовно раскрывал свои объятия землевладельцам, и последние чувствовали себя в этих объятиях и спокойно и хорошо.

         Вне условий, благоприятных для правильного развития, промышленность хирела, и опять взоры тянулись к Петербургу с просьбой о помощи, и мы видим всевозможные роды субсидий, в форме внеуставных ссуд из государственного банка; эти ссуды выдавались направо и налево, и этим опять связывались Интересы промышленных групп с интересами старого режима.

         Промышленники прекрасно понимали, что такие внеуставные ссуды возможны только при системе бесконтрольного хозяйничанья, и раз наступит правовой строй, то они должны будут прекратиться.

         <...>
        
         Весьма сложная и хитроумная система казенных подрядов и поставок для разных ведомств давала сильно обогащаться целой армии подрядчиков и поставщиков, и опять же эта армия должна была быть лояльной старому режиму.

         И многое множество можно было бы привести примеров такого, если можно выразиться, подкупа влиятельных групп в интересах поддержания старого режима…    

         <...>

         ЗАКЛЮЧЕНИЕ

         Россия охвачена страшным пожаром; старые хозяева еще остающиеся у власти, льют в это пожарище смолу…

         Да и все последние годы старые строители как бы нарочно поджигали Россию. Возьмите все эти неумные репрессии, эти гонения на земство и самых умеренных представителей земской мысли и работы и т.д….

         Мы искусственно выращивали крупную промышленность, выращивали ее без внутреннего рынка, на песке, естественно, что должен был наступить кризис…

         Мы объединили большие массы рабочих под одной крышей, лишили их самых элементарных прав…, но не могли прекратить вполне приток света извне, и трудящиеся прекрасно узнавали, что не так живут их собратья за границей, и этим самым старый режим подрубал себя в корне.

         <…>

         Старый режим весьма успешно потрудился над выращиванием оппозиционных сил. Эти силы, сконцентрированные на фабриках и заводах, получали здесь политическое воспитание и затем, в форме живых прокламаций, рассылались по деревням…, а живое слово … еще вчера покорного деревенского парня, а сегодня превратившегося в ярого сторонника новых порядков … производило страшное впечатление в деревне…

         Так поджигали Россию…

         <…>

          … Какой-то рок ведет Россию к новому строю, ведет провиденциально, ведет так, что сами представители старого режима являются одними из самых усердных строителей этого нового строя, или точнее, они самым прилежным образом расчищают почву для нового будущего, сжигая все остатки прошлого, вытравляя все традиции и сковывая эти последние  в народном сознании с понятиями рабства, вечной нужды, нищеты, и эту операцию они с удивительной виртуозностью проделывают в настоящее время…

         <...>

         Наше министерство (Министерство Финансов – прим. Истмат.РУ) никак не может понять переживаемого момента.

         <…>

         Нашу уродливую налоговую систему следует коренным образом перестроить. До сих пор она строилась под влиянием минутных настроений: нужны были деньги и их старались черпать, черпать там, где в данное время легче или проще всего можно было добыть их, вовсе не справляясь с тем, как это отразится на населении.

         Мы облагали все, что нужно трудящимся: сахар, чай, хлопок, керосин, спички, табак, спирт, пиво, железо и т.д.; но в то же время колоссальные доходы лиц, развившихся в этой атмосфере бесправия, мы оставляли необложенными: у нас не было подоходного налога ... мы объявляли невозможным ввести его у нас. Не облагаем мы и спекулятивный прирост ценности, а спекуляция у нас шла вовсю.

         Состоятельным лицам жилось у нас, как нигде: ничего они не платили, и за деньги можно было все... Народ платил, правительство собирало его деньги и крупную долю их клало в карманы состоятельных лиц, клало под разными формами – в виде казенных заказов, в виде ссуд…, подрядов и поставок и т.д.

         Так работала наша машина: одни платили, другие получали, одни нищали, другие богатели на счет народа. Вся наша история есть огромная организация такого обогащения части населения, ее кучки за счет массы <...>

         Была построена целая грандиозная машина для эксплуатации масс населения и, чтобы это последнее не артачилось, принимались меры к тому, чтобы оно не видело всей этой машины в деталях: его держали во тьме и даже слепили того, кто прозрел, чтобы он не просветил других.

         И машина работала, из населения было выкачано все …

         Конечно, все это ненавистное прошлое должно быть уничтожено, сметено, преобразовано радикально, а мы хотим заплаты приставлять…

         <...>

         Здесь нужно создать совсем иную жизнь.

         Как мы видим, наше правительство стоит не на высоте своей задачи, но, с другой стороны, и само общество, живя под гнетом старого режима, не осталось без влияния его, и притом влияния самого пагубного.

         Если бюрократия страдает самомнением, самодовольством, влюбленностью в себя, то часть общества, и притом прогрессивного, больна отчасти тем же пороком...

         <...>

         ... наша бюрократия в своем творчестве … всегда старалась обходиться своими силами и только ими; пренебрежение обществом - вот отчего ее творчество и страдало всегда своим худосочием... Правда, новые партии во всяком случае несут новые силы, но все-таки можно опасаться, что творчество их не будет столь полным и ярким, как это могло бы быть при использовании ими всех живых сил страны, а не только сил, являющихся слепыми поклонниками раз выставленных догматов...

         Правительство много нам обещало и обещало часто, но почти никогда не выполняло своих обещаний, не то ли мы видим и с партиями? Некоторые выставляют такие обещания, выдают такие векселя, которые заведомо не могут быть оплачены.

         <…>

         Мы ожидаем от новых сил больше искренности. Правящие сферы играли у нас на невежестве масс, и в настоящее время в партийной жизни нередко видны расчеты на то же самое.

         Надо хорошенько перед твореньем новой жизни помыть руки.

         <...>

         Пора понять: ведь можно быть очень радикальным, можно быть социалистом, верить и страстно желать наступления у нас социализма, и в то же время сознавать, что новый, лучший строй не упадет к нам с неба готовым, что его надо выращивать постепенно…

         <...>

         Я повторяю, можно и должно негодовать над этим социальным строем, в котором мы живем, негодовать над строем, где столько бедности и нищеты, где одни утопают в роскоши, а другие не имеют, чем утолить свой голод, где одни … монополизировали право смотреть на солнце, дышать чистым воздухом, а другие вынуждены жить в подземельях, в трущобах…

         … мы живем в океане крови, мы, состоятельные люди, дышим ее испарениями, мы пьем ее, наши руки испачканы кровью … нам подобныз.

         И в этом наш великий грех…

         <...>

         Я лично иду далеко в своих построениях и социальных идеалах, но готов был бы выставить и поддерживать политику минимума в качестве мероприятий, которые вот сейчас должны быть осуществлены. Это – хотя бы регулирование арендных плат, принудительное отчуждение частновладельческих земли, конечно, не всей, а части, где это крайне нужно, сокращение рабочего дня, не до восьми, а хотя бы до десяти часов, усиленная защита труда женщин и детей, и т.д.

         <...>

         Куда ни посмотреть – кругом духовная нищета. Я уж не говорю о правящих верхах… Впрочем, там есть некоторое знание и опыт, но там нет воли, творчества, нет смелости, нет желания работать.

         Но даже и в прогрессивных кругах немного лиц духовно богатых, обладающих опытом, знанием, а главное – привычкой и умением работать. Старый режим не создал у нас условий, благоприятных для накопления в себе творческой энергии.

         <...>

         Посмотрите на молодежь – и здесь мало энергии и накопленных знаний, и здесь царят только лозунги, красивые, благородные!

         <...>

         Старый режим создал у нас это оскудение людьми, он иссушил почву, и давно уже в России носились жалобы: «Нет людей!»

         <...>        

         Нам надо скорее воспитать новое поколение, надо поднять школу, особенно высшую… Новая жизнь налагает и новые обязанности на молодежь…

         <...>

         Я вовсе не хочу бросать упреков, - здесь … повинны общие условия, которые не создали у нас действительной культуры, не создали государственных людей, сильных знанием и делом.

         Жизнь требует работы. Страна голодает, она – нищая…

         <...>

         Время не терпит, массы наэлектризованы, как в деревнях, так и в городах, и чем дольше будет сдерживаться это электричество, тем сильнее будет гроза, которая может превратиться в ураган…



         ПРИЛОЖЕНИЕ: ПЕРСОНАЛИИ
        
         БЛАНДОВЫ Владимир Иванович и Николай Иванович, братья, - офицеры флота в отставке,промышленники и предприниматели, русские "молочные короли", создатели и совладельцы фирмы "Товарищество "Братья В. и Н. Бландовы в Москве", ставшей крупнейшим российским предприятием, производившим продукты питания - сыры, сливочное масло, кисломолочные продукты и т.п.  На Всемирной выставке в Париже в 1900 году фирма братьев Бландовых была удостоена Гран-при.
        
         ВИТТЕ Сергей Юльевич (1849-1915) – русский государственный деятель, граф. С 1889 г. - директор департамента железных дорог Министерства финансов, с 1892 г. по 1903 г. - министр финансов, с августа 1903 г. - председатель Комитета министров. В 1905 г. возглавлял русскую правительственную делегацию, подписавшую Портсмутский мирный договор России с Японией. С октября 1905 г. по апрель 1906 г. - глава Совета министров. Член Государственного совета и председатель Комитета финансов до 1915 г.
        
         МАРИЯ ФЕДОРОВНА (1759-1828) – русская императрица, супруга Павла I. С восшествием на престол Павла I в 1796 г. была поставлена "начальствовать над воспитательным обществом благородных девиц". В 1797 г.  была назначена «главной начальницей над воспитательными домами».
         Ведомство учреждений императрицы Марии (ВУиМ), государственный орган управления благотворительными женскими и некоторыми специальными учебными заведениями. С 1828 - 4-е отделение Собственной Его Имп. Величества канцелярии. ВУиМ упразднено в 1917 г., дела переданы в Министерство Народного Просвещения. (Педагогический энциклопедический словарь)
        
         ОЛЬДЕНБУРГСКИЙ Александр Петрович (1844-1932), принц, - русский государственный и военный деятель, генерал от инфантерии, генерал-адъютант. Член Государственного Совета. Попечитель ряда учебных, медицинских и социальных учреждений. С 1897 г. - председатель Противочумной комиссии. Основатель и попечитель Императорского института экспериментальной медицины. В Первую мировую войну - Верховный начальник санитарной и эвакуационной службы русской армии.
        
         ПРОТАСОВ-БАХМЕТЕВ Николай Алексеевич (1834 - 1907), граф, - русский государственный и военный деятель, генерал от инфантерии, генерал-адъютант. Член Государственного Совета. С 1890 года - Главноуправляющий Собственной Его Императорского Величества канцелярией по учреждениям императрицы Марии.
        
         СОЛЬСКИЙ Дмитрий Мартынович (1833-1910), граф, –русский государственный деятель, член Государственного Совета. В 1878-1889 - Государственный  контролер. В 1889 -1893 - председатель Департамента законов Государственного совета. С 1893 - глава Департамента государственной экономии.
        
         ТАТАРИНОВ Валериан Алексеевич (1816-1871),- русский государственный деятель, финансист, автор и организатор ревизионной и отчетной реформы государственного бюджета. С 1863 г.- исполняющий обязанности Государственного Контролера.
         («Государственный контроль в России, высшее госуд. установление, на обязанности которого лежит наблюдение за правильностью и законностью поступления госуд. доходов и производство расходов. Г. контроль поверяет законность финансовых смет всех министерств и главн. управлений, ревизует отчетность всех правительственных ведомств как по поступлению доходов, так и по производству расходов на основании доставленных в его ведение подлинных оправдательных документов. Во главе учреждений Г. контроля находится Государственный контролер….» - Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона)
        
         ТЫРТОВ Павел Петрович (1836-1903) – русский государственный и военный деятель, полный адмирал. С 1857 по 1886 - на службе на кораблях флота. В 1872-1877 командовал кругосветным плаванием корвета "Аскольд". С 1886 - помощник начальника Главного Морского штаба (ГМШ). В 1891-1892 - начальник эскадры в Тихом океане, с 1893 - начальник Главного управления кораблестроения и снабжений (ГУКИС); в 1896 - председатель Морского технического комитета (МТК). С 1896 - управляющий Морским министерством и член Государственного Совета.
        
         ЧУХНИН Григорий Павлович (1848-1906) – русский военачальник, вице-адмирал. В 1895 г. участвует в походе на Дальний Восток, начальник штаба эскадры Тихого океана. С 1896 г. - командир Владивостокского порта. В 1902-1904 - начальник Николаевской Морской академии и директор Морского корпуса в Санкт-Петербурге. С 1904 г. - Главный командир Черноморского флота и портов Черного моря. Опытный моряк, энергичный и требовательный командир, умелый администратор, Г.П. Чухнин вошел в историю России как каратель, подавивший Севастопольское восстание. Убит по приговору боевой организации эсеров 28 июня 1906 г.
        
         ШВАНЕБАХ Петр Христианович (1848- 1908) – русский государственный деятель, правовед, финансист, занимал ряд постов в высших государственных учреждениях, член Государственного Совета. В 1906-1907 – Государственный контролер. Автор работ в области государственных финансов.



                                                                    
     
    главная :: каталог :: персоналии :: конференции :: от редактора Все в одном - Alan Gold
    Программист - Odd
    Редизайн - Yurezzz

    © 2004